Мой беглец  - Яна Егорова

– Правда? И поэтому ты привез меня в лес?

– Я привез тебя сюда, – обернулся к нему и жестко посмотрел в его черные глаза, что сейчас излучали далеко не веселье. Мне очень не понравилось то, какое количество боли я там увидел. – Привез, чтобы поговорить. Спокойно. Не хотел, чтобы кто-то подслушал наш разговор.

– Поговорить можно было бы и в машине. Не обязательно для этого ехать в лес, – парировал ненормальный, застыв на месте. С первого взгляда, он не собирался делать ни шагу, но я-то знаю его уже немного. И эта его поза не сулит ничего хорошего.

– Я посчитал, что так будет лучше…

– Ты в курсе, что вчера сам позвал меня? – резко оборвал меня Виктор.

– Что я сделал???

– Ты. Позвал меня. А потом стонал в моих руках и требовал больше. Ты сам требовал близости со мной, Кристоф.

– Я… – замотал головой. – Я не мог этого сделать.

– Делал. И у меня есть причины не верить тебе в том, что ты ничего ко мне не чувствуешь. Проверим? – громила упер ладони в бока. – Поцелуй меня. Если ты и в этот раз не захочешь больше, обещаю начать рассматривать возможность того, что ты прав.

– Ты придурок. Я не поведусь на такую дешевую уловку, – хотел от него отвернуться, но Белов надавил на больное:

– Уловку? При чем здесь уловка? Если тебе плевать на меня – то реакция будет лишь с моей стороны. Попробуешь и отойдешь. А если нет… Или ты боишься?

Взбесила его наглая ухмылка. Что значит, боюсь? Его? Никогда! Идиот, думает, я потеряю голову от поцелуя? И я не звал его вчера! Не мог звать!

– И ты отстанешь?

– Попробую поверить, – ухмылка не исчезла.

Провокация. И я прекрасно понимаю это. Но… я и сам хочу выяснить то, насколько мне плевать на него. Как я мог его звать? Еще и стонать? Однако, было же до этого… Было… И…

Подошел к нему. Вплотную. Я ничего не боюсь. Тем более, этого придурка. Ничего к нему не чувствую. Да. Задевает его небезразличный, сумасшедший взгляд, с первого дня направленный исключительно на меня. Задевает его напор. Губы… Наверное, меня подтолкнуло к действию то, насколько мгновенно исчезла эта ухмылка с его лица. Как вдруг Виктор стал серьезным, как жадно всмотрелся в мои глаза, словно боясь… Словно боясь, что я окажусь прав. И ничего не почувствую к нему.

Первым положил свою ладонь к нему на затылок и заставил наклониться к себе. Не успели мои губы коснуться обветрившейся кожи на его губах, как я дал волю своему языку и проник в его рот. При этом не закрывал глаз, смотрел на него в упор, веря. Веря, что ничего не почувствую. И эта уверенность была очень долгой. Длиной в долю секунды. Пока мой язык не поздоровался с его горячим языком, буквально бросившимся мне навстречу. И в тот же миг вулканическая волна его любви захлестнула сомневающегося меня с головой и заставила утонуть в жаре его желания этой близости. В то же мгновение обе его ладони легли уже на мой затылок и неистово прижали мою голову к своему хозяину. Который, долго не думая, навалился на меня и припечатал спиной к ближайшему дереву.

– Крис… Кристоф… Не говори… Почувствуй… ме-ня…

Белов оторвался от моих губ и, тяжело дыша, уткнулся своим огромным лбом в мой лоб и направил мою руку прямиком на свой торс. Я не отказался. Позволил своей ладони нырнуть под его майку и лечь на один из тех натренированных боков, в которые он так любит грозно упирать свои огромные руки.

– Может быть, – заглядывая мне в глаза, хрипел ненормальный, – ты пока не любишь меня… сейчас. Но тебе далеко не плевать. Кристоф. И я…

Его густые черные ресницы затрепетали, когда моя ладонь направилась ниже и зацепилась за верх его джинс.

– Я заставлю тебя… заставлю…

– Не заставишь, – это было последнее, что сказал я, перед тем, как сам сорвал с него долбаную майку!